столько нужно, чтобы оценить сайт, до первого слова
У вас уже есть сайт. Нужен ли новый, если вы заходите в СНГ или Центральную Азию
У компании уже есть сайт. Работающий, согласованный, на нём держится весь домашний рынок. Предложение собрать второй звучит как лишний расход, когда существующий можно просто перевести. Проблема в том, что сайт несёт в себе представление о том, как выглядит компания, с которой стоит иметь дело. На другом рынке это представление другое, и перевод его не меняет.
Мы сняли главные страницы шести станкостроительных производителей из шести стран, в одном разрешении, каждую на её родном языке.
Haas Automation в США открывается распродажей: скидка до 25%, рассрочка 0% на 60 месяцев, ограничение по времени. TRUMPF в Германии показывает одну фотографию и одну строку текста. DN Solutions в Корее держит на главной баннер выставки, поверх которого висит окно с купоном за регистрацию. Haitian Precision в Китае открывается аэрофотосъёмкой собственного завода. Okuma в Японии заполняет экран фотографией станка с техническими подписями по всему кадру. СТАН в России выкладывает сетку карточек: «Оборудование», «Инжиниринг», «Сервис», под каждой фотография цеха.
Ни одна из шести не сделана неправильно. Это работающие компании, каждая знает свой рынок лучше внешнего наблюдателя. Но покажите немецкому закупщику страницу Haas, и он увидит уценку, а не производителя станков. Покажите американскому страницу TRUMPF, и он не поймёт, что ему предлагают купить. Обе страницы при этом приносят деньги там, где сделаны.
Дело не в качестве исполнения. На каждом рынке сложилось своё представление о том, как выглядит серьёзный поставщик, и сложилось оно из опыта: люди годами видели вокруг определённый тип сайтов и научились по нему отличать своих от случайных. Подача работает как сигнал принадлежности. Она сообщает: мы здесь не первый день, мы понимаем, как у вас принято.
Считывается этот сигнал раньше текста. Гитте Линдгаард в 2006 году показывала людям главные страницы на пятьдесят миллисекунд, и оценка совпадала с той, которую те же люди давали после десяти секунд разглядывания. Пятьдесят миллисекунд - это меньше, чем нужно, чтобы прочитать заголовок. Решение о том, серьёзная это компания или нет, принимается до первого слова. Перевод меняет слова.
Это не значит, что язык не важен. CSA Research опросила 8 709 человек в 29 странах: 76% предпочитают покупать там, где информация на их языке, 40% не купят с чужеязычного сайта вообще. Язык нужен обязательно. Просто он закрывает вторую половину задачи, а не первую.
Что даёт отдельный сайт
Он выглядит так, как здесь ожидают. Не «красиво» вообще, а узнаваемо для конкретного рынка: та плотность информации, тот тип фотографий, тот порядок блоков, по которым местный закупщик за долю секунды понимает, что перед ним нормальный поставщик. Это единственный способ пройти проверку, которая происходит до чтения.
У CSA Research есть ещё одна цифра: 66% опрошенных сами прогоняют страницы через машинный перевод. Если ваш текст изначально написан по-английски и переведён на русский, часть читателей получит его после второго машинного прохода поверх первого. Текст, написанный сразу по-русски человеком, который работает на этом рынке, этой цепочки не проходит: в нём отраслевые термины стоят в том виде, в каком их произносит местный закупщик, а не в том, который выдал переводчик.
В августе 2026 года Яндекс держал 70,35% поискового трафика в России против 27,79% у Google (StatCounter). Компания, которая проверяет позиции только в Google Search Console, смотрит не на тот рынок: закупщик, скорее всего, туда даже не заходит. С конца 2020 года Яндекс ранжирует через YATI - алгоритм на трансформерах, который оценивает смысловую близость запроса и текста, а не просто совпадение слов. Текст, написанный сразу по-русски, под то, как формулирует запрос местный закупщик, для такой системы читается яснее, чем перевод готового английского текста, где смысл на середине пути где-то теряется. То же и с ИИ-ассистентами: отвечая на вопрос по-русски, они собирают ответ из страниц, написанных по-русски.
Зачем новый, если есть свой
Старый сайт никуда не девается. Он продолжает работать на домашнем рынке, где он и был собран правильно.
Вопрос в том, что вы отправляете в новый регион. Переведённая версия домашнего сайта попадает туда со всей структурой домашнего рынка: с тем же порядком блоков, тем же представлением о том, что сказать первым, теми же аргументами, которые убеждали в другой стране. Она не падает и не показывает ошибок. Она просто не проходит проверку, которая заканчивается за пятьдесят миллисекунд, и вы об этом не узнаете, потому что отказ выглядит как отсутствие обращений.
Отдельный сайт стоит денег и нескольких месяцев работы. Это честная цена вопроса. Взамен вы получаете рабочий инструмент на новом рынке вместо копии инструмента, который работает на старом.
Artifact собирает такие сайты изнутри рынка, на который вы идёте, из Алматы.